Журнал стекло и бизнес

Журнал стекло и бизнес

На первой конференции ДСР я познакомилась с человеком, которого многие знают. Сам себя он всегда считал скромным и сдержанным… Помните кто был зачинщиком набиться в стеклянный лифт на ДСР в 2008 г. и всем дружно застрять в нем на несколько часов? Я всегда его считала только весельчаком и о том, что он может еще и серьезно работать, я узнала позже. Встречайте, наш обрусевший эстонский друг — Рийво Кауге.

С уважением, Ольга Панферова

Посмотреть электронную версию журнала.

riivo

Рийво Кауге Исполнительный Директор и совладелец компании Glass-Store

«Хорошо должно быть там, где мы есть!»

Представляем вашему вниманию интервью с Рийво Кауге, исполнительным директором и учредителем компании Glass-Store, человеком, которого многие знают и ценят за неповторимое обаяние, профессионализм и умение работать и отдыхать в компании соратников по стекольному бизнесу.

СиБ:

Расскажи про свое детство. Было ли оно счастливым, чем ты увлекался, о чем вспоминаешь сейчас с теплотой?

Р.К.:

Детство мое прошло в г. Таллинн, счастливая пора, как у большинства детей, не лишенная определенных трудностей. Родители были простыми гражданами советской Эстонии. Отец работал в профтехучилище мастером слесарных дел, а мать — рядовым экономистом. Помню, что на работе у нее было много бумаг и деревянные счеты. Первые пять лет моей жизни мы провели в крохотной, 9 м2, подсобке на работе у отца, незаконно превращенной в жилье молодой семьи. Чтобы лечь спать, приходилось каждый раз переставлять мебель в нашей импровизированной квартире.

Так как жили мы небогато, меня с самого детства учили бережно относится к тому немногому, что было у семьи, и понимать, что деньги не растут на дереве, а зарабатываются упорным трудом.

Свои первые карманные деньги я заработал лет в 5 или 6, убивая мух на кухне у бабушки. По утвержденному тарифу за каждую поверженную муху я получал ровно одну копейку. Тогда же столкнулся с профессиональным взысканием — был лишен пончиков за фальсификацию трудовых достижений, так как решил включить в отчет «вчерашних» уже оплаченных мух.

Еще запомнилось, как меня воспитывал дед. Он всегда приговаривал: «Хороший инструмент — это твой хлеб. Он должен быть всегда исправен и лежать на своем месте». Я тогда не совсем понимал смысла фразы. И вот как-то я выпросил молоток для своих сверхважных детских дел, разумеется, забыл его на том же месте, где им «работал». Дед взял меня за руку, притащил к «месту преступления», дал мне по пальцам, после чего попросил вычистить инструмент и вернуть его на должное место в мастерской. Такая вот была заложена основа трудового воспитания.

Когда я стал постарше, почти ежегодно пару недель в летние каникулы работал в деревне у родственников или в колхозе. А первая запись в моей трудовой книжке появилась в 1984 г., мне было 14 лет. Тогда я полтора летних месяца работал разнорабочим на стройке одного из перекрестков в Таллинне. Лопата даже по ночам снилась.

СиБ:

Какие мечты детства ты воплотил в жизнь?

Р.К.:

Расскажу вам историю из жизни. Мне было около 6 лет, когда дед вышел на пенсию. Я смотрел на него и думал, какая же прекрасная жизнь: получаешь пенсию, дни напролет сидишь на даче, загораешь, ведешь здоровый образ жизни — и я так хочу! Так я начал мечтать стать пенсионером. Хорошо, что до сих пор мечта не осуществилась. Честно говоря, в силу своего характера я не склонен мечтать. Мне сложно вспомнить, о чем я думал в детстве. Я всегда хотел быть самостоятельным, достойным, держать слово, мыслить свободно, иметь смелость говорить, что думаю, и хорошо делать то, за что берусь. Но это уже совсем не детские мысли, скорее, юношеские.

Многому меня научил спорт. Я занимался разными видами спорта, уже в три года научился плавать. Из-за того, что я с детства был несколько «габаритный», у меня не все получалось с первого раза, и отношения со сверстниками не всегда склады- вались успешно. Спорт помог мне преодолеть себя, доказать, что результата можно добиться не только благодаря природным данным и таланту, но и благодаря кропотливой ежедневной работе над собой. С 10 до 18 лет я достиг неплохих результатов в плавании, футболе, баскетболе, волейболе, карате, легкой атлетике, стрельбе и т.д., входил во все школьные команды, только вот в турнирах по шахматам не принимал участия.

СиБ:

Расскажи, где ты учился?

Р.К.:

Долгое время я не понимал, кем именно хочу стать, но так как почти все время отдавал спорту, после школы решил поступать в Таллиннский педагогический университет, осваивать профессию учителя физкультуры/тренера. Несмотря на то, что жизнь в стране менялась каждый день и обстановка была непростой, студенческие времена были очень веселые. Я учился жить самостоятельно, обеспечивать себя, знакомился с интересными людьми, расширял кругозор. К сожалению, по полученной специализации я не проработал ни одного дня, потому что к моменту окончания университета оказался в новых реалиях сильно изменившейся страны. Профессия учителя или тренера не являлась престижной и достойно оплачиваемой. Новое время заставило менять ориентиры, искать новые возможности и опять делать выбор.

СиБ:

Где и кем ты работал до стекольной отрасли?

Р.К.:

Сразу после университета я пошел работать простым продавцом в маленький спортивный магазин своего друга и однокурсника. Тогда это было выгоднее, чем преподавать. За пять лет мы превратили этот небольшой бизнес в два крупных (по меркам Эстонии) обувных магазина на главной торговой улице Таллинна и вдобавок преуспели в оптовой продаже обуви — 20% от общих продаж по всей Эстонии были наши. В 1997 г. я перестал заниматься обувью и совершенно случайно стал работать в эстонской стекольной компании Andrese Klaasi & Dekoori AS мастером цеха. Так произошло мое первое знакомство со стеклом, вернее, осознанное знакомство, так как в детстве летние каникулы я частенько проводил у своей бабушки в маленьком эстонском городке Jarvakandi, где с 1879 г. находился стекольный завод, а с 1920 г. город стал центром эстонской стекольной промышленности. Знаю, что бабушка и многие мои родственники долгие годы работали на этом заводе, а куски эрклеза были украшением каждого местного дома.

Но задумался я об этом совпадении только спустя годы. За 6 лет работы я прошел путь от мастера цеха до руководителя и стал одним из соучредителей этой компании, одной из передовых в Эстонии. Компания до сих пор работает на рынке Европы, в основном в Прибалтике и в Скандинавии.

СиБ:

Некоторое время ты жил в Санкт-Петербурге. Чем этот город отличается от Москвы? Где тебе комфортнее жить и работать?

Р.К.:

В 2002 г. мои партнеры совершенно неожиданно предложили мне взяться за развитие стеклообрабатывающего производства в России, в Санкт-Петербурге. Я согласился, но сначала пытался вести проект удаленно, потом приехал на три месяца и остался надолго. Часто так получается, что расчет на бумаге сильно отличается от реального проекта. Мне, привыкшему уже работать системно, приближенно к немецкой бизнес-модели, очень сложно было понять рабочую культуру в России и начать действовать в рамках, казалось, давно ушедшего Советского Союза.

Для меня это было время непрерывного культурного шока. Я раз и навсегда усвоил, что невозможно управлять ни одним производственным предприятием, а тем более развивать его, ес- ли ты не находишься постоянно в самом центре событий, на производстве. Кстати, с тех пор у меня никогда не было своего кабинета, а мое рабочее место располагалось в самом проблемном месте предприятия, среди исполнителей и ответственных лиц. Я не считаю себя слабонервным, к трудностям в жизни привык, но в то время мне иногда просто хотелось убежать подальше от всего этого, так сильно было ощущение безысходности. В такое состояние меня повергало не только и не столько общение с сотрудниками, клиентами и поставщиками, сколько попытка наладить диалог с властьимущими и постоянные неудачи в этом вопросе.

Но трудности нам даются не просто так — со временем пришло понимание, что можно и нужно менять мир вокруг себя, и в первую очередь — ближайшее окружение. Когда люди начинают понимать, что ты делаешь, они начинают тебя поддерживать, верить в тебя, а вместе можно добиться положительных результатов в чем угодно! Верно говорят: «Дай Бог нам разума понять, что мы можем изменить, дай Бог нам сил менять, а то, что мы изменить не можем, пусть остается на потом». За 5 лет моей работы в компании ООО «А-Стекло» мы достигли ощутимых результатов на местном рынке, установили третью печь по закаливанию стекла на северо-западе России, наладили сотрудничество с передовыми стеклопакетными, фасадными, мебельными компаниями, составили конкуренцию таким флагманам российского стекольного рынка, как АКМА и РСК.

СиБ:

Ты уже долгое время живешь и работаешь в России. Как это повлияло на твою жизнь, изменились ли твои привычки? Можешь ли ты уже назвать себя русским?

Р.К.:

Конечно же, жизнь в России меня сильно изменила. Я остался верен своим жизненным принципам, но научился смотреть на вещи шире, принимать во внимание разные мнения, понимать и находить подход к разным людям. Я научился быть более открытым в общении, что кстати совсем нехарактерно для эстонцев, ведь это народ, живущий в основном довольно замкнуто и скрытно.

Жизнь в России научила меня ценить разные культуры, уважать отличающееся от моего мировоззрение. Но я всегда гордился тем, что я эстонец, никогда этого не скрывал. Многие мои коллеги называют меня самым быстрым эстонским стекольщиком в России (смеется).

СиБ:

Ты планируешь и дальше жить в России или все-таки задумываешься о возвращении в Эстонию? Может быть ты хотел бы уехать еще в какую-то страну?

Р.К.:

Жизнь полна неожиданностей и может поменяться в любой момент. Я не мечтаю и не строю долгосрочных планов. В Эстонии у меня есть все для спокойной и беспечной жизни, и если бы я хотел именно этого, давно бы вернулся. Там хорошо и спокойно, но, очевидно, слишком спокойно для меня. Моя душа требует постоянного движения, и я знаю, как это движение поддерживать. Россия меня продолжает привлекать и удивлять, бывает, конечно, что я устаю, но как раз в этот момент возникает что-то новое, какой-то очередной импульс. За долгое время пребывания вдалеке от дома я усвоил один жизненный принцип —нужно верить, что хорошо не там, где нас нет, а там, где мы есть, и делать все для того, чтобы нам было комфортно всегда и везде.

СиБ:

Расскажи, пожалуйста, про Glass-Store, компанию, в которой ты сейчас работаешь.

Р.К.:

Вся моя жизнь состоит из случайностей. Благодаря очередной из таких случайностей я в 2010 г. попал в Glass-Store. С учредителем компании, Андреем Юркевичем, как и с многими моими коллегами и хорошими товарищами, мы встретились на конференции «Дни Стекла в России» в 2004 г. Очень полезное и душевное мероприятие для профессионалов, позволяющее пообщаться как в деловой, так и в неофициальной обстановке. Именно во время конференций «ДСР»я и познакомился с большинством партнеров, клиентов, смог наладить диалог, так что спасибо огромное тебе, Ольга, за организацию и проведение этих мероприятий. И пора бы возобновить эту традицию.

СиБ:

Пожалуйста. Будем стараться!

Р.К.:

В конце 2009 г. мы с Андреем договорились о совместном продолжении бизнеса, основой которого стала созданная им в 2003 г. стеклообрабатывающая компания Glass-Store, ориентированная на внутрикорпоративные заказы, а именно производство для нужд мебельной компании «Альдо», входившей в Группу компаний, с незначительным внешним оборотом. Кризис 2008–2009 гг. подкосил многих стеклообработчиков, компания Glass-Store не стала исключением.

Я вступил в должность управлявшего директора в январе 2010 г., мы сразу же провели полную реструктуризацию компании, разделили экономику всех структур и за 3 непростых года повысили производительность в 3,5 раза без дополнительных инвестиций. На сегодняшний день в Группе компаний работает более 200 человек, на заводе представлен полный цикл стекло-обработки: 2 печи закаливания, все виды линейной обработки, сверление, фрезеровальные центры, широкоформатная печать, покраска стекла, пескоструйная обработка, ламинирование и т.д. Наши торговые знаки — Glass-Store, Альдо, Альдо Glass-Store, СаунаМаркет — считаются передовыми на своих рынках.

СиБ:

Какие перспективы в индустрии стекла ты видишь?

Р.К.:

Стекло само по себе очень перспективный материал, и будущее, однозначно, за специальными стеклами. Очень важно постоянно следить за техническими новинками, быть в курсе любых изменений и оперативно внедрять лучшие разработки у себя на производстве. С другой стороны, с появлением в мире принципиально новых нанотехнологий, пластиков, есть опасение, что стекло рискует превратиться в строительный материал класса люкс — инвестиции в производство немаленькие, цех стационарен, процесс непрерывен и энергоемок. В любом случае, мир постоянно меняется, выживают креативные, сильные, умные, мобильные, трудолюбивые. Я хочу быть в их рядах.

СиБ:

Чего не хватает российским производителям стекла?

Р.К.:

Не хватает своих собственных разработок и компетенции в применении современных передовых технологий.

СиБ:

Чего не хватает российским переработчикам стекла?

Р.К.:

У лидирующих на рынке компаний есть все, кроме государственной поддержки малому и среднему бизнесу, широкого доступа к инвестиционным капиталам, и разумных кредитных предложений.

СиБ:

Как ты представляешь себе производство будущего?

Р.К.:

Я совсем не умею мечтать… Очень хотелось бы в начале производственной линии помещать в некий аппарат заказ на бумажном носителе, а потом в другом конце этой чудо-линии видеть улыбающегося, довольного клиента. Внутри все пусть работает само по себе, без вмешательства людей, без моего участия (смеется).

СиБ:

Ты очень общительный человек. Это помогает тебе в работе?

Р.К.:

Быть общительным меня научила работа в России, а так я скромный и сдержанный. Конечно, открытость и общительность помогают налаживать контакты, они необходимы в работе, но я всегда считал, что любые слова должны быть подтверждены делами. Держать слово — основной принцип для меня при общении с кем-либо.

СиБ:

Ты любишь людей?

Р.К.:

В основном, люблю я женщин (смеется). Людей, в целом, я либо уважаю и воспринимаю, либо нет.

СиБ:

У тебя много друзей в стекольном сообществе?

Р.К.:

Друзей не может быть много. Зато есть много людей, которых я уважаю за их успехи в бизнесе и в жизни, за их открытость и простоту в общении, за их умение находить решения, отвечать за слова, общаться, за их трудолюбие и любознательность, характер и отношение к работе, к семье, к друзьям, ко мне, в конце концов. Мне приятно с ними проводить время, обсуждать вопросы производства, бизнеса, человеческих отношений, даже политику, спорить, доказывать свою точку зрения или убеждаться в их правоте. Всем, кто читает, — огромный привет!

СиБ:

Ты любишь праздновать свой день рождения? Что ты обычно делаешь в этот день?

Р.К.:

Раньше каждый год праздновали, и «обычно» никогда не получалось, всегда что-то придумывали. Например, один раз отмечали в эстонском краеведческом музее, нарядившись в эстонскую народную одежду. Был еще как-то день ВДВ с гороховым супом, гречкой, настоящими парашютами и водкой из граненых стаканов.

Очень запоминающимся был праздник в честь моего сорокалетия, который проходил в Таллинне. Большинство моих приятелей из России тогда первый раз приехали в Эстонию, и мы организовали настоящее веселье по-эстонски, с фуршетом у бронзового солдата и с настоящими местными развлечениями. Хоть вРоссии и говорят, что 40 лет не отмечают, я считаю, что это самая правильная дата: уже есть возможности и все еще есть желание хорошо веселиться.

Но чем старше становлюсь, тем меньше внимания уделяю этому дню.

СиБ:

Какой был самый лучший, самый значимый подарок в твоей жизни?

Р.К.:

Самые значимые подарки всегда личные, подаренные искренне, от всего сердца. Я слышал как-то историю про мальчика из очень бедной семьи, который безумно хотел получить велосипед на день рождения. Все знали про это желание, но, к сожалению, никак не могли себе позволить осуществить мечту ребенка. Утром в свой день рождения мальчик проснулся и был очень разочарован не обнаружив велосипеда. К нему подошел отец и сказал: «Я знаю, что ты очень хотел велосипед в подарок, но мы с нашими доходами никак не можем себе это позволить. Тем не менее я хочу тебе сделать подарок, который ты, надеюсь, будешь ценить в сотни раз больше, чем велосипед. С этого дня я дарю тебе час своего времени каждый день, этот час будет только твоим: мы можем говорить только о том, о чем захочешь ты, делать только то, что тебе будет хотеться, я буду только с тобой, не отвлекаясь ни на что прочее…». Для меня это идеальное отношение к выбору подарка. Кстати, я и сам люблю преподносить подарки, и получать, конечно же, тоже люблю, особенно что-то неожиданное и неординарное. Мне дарили песню, стихи, портрет и т.п.

СиБ:

Неужели ты совсем никогда не мечтаешь?

Р.К.:

Мечтать вредно. Надежда — это отсроченное разочарование, а я не люблю разочаровываться. Было бы неплохо когда-то в далеком будущем где-то в теплых краях, на берегу моря, открыть бар на свежем воздухе. Не для того, чтобы зарабатывать, а для себя и друзей. Я бы там играл хорошую музыку на вертушке, наливал бы гостям пиво и вино, вкусно бы всех кормил, мы бы пели в караоке. Вокруг было бы всегда много друзей и просто довольных жизнью людей… Еще было бы неплохо научиться петь. Но это не мечты, все в наших руках!

СиБ:

Если бы ты поймал золотую рыбку, какие бы три желания загадал?

Р.К.:

Я в сказки не верю! Всем нам нужны, в первую очередь, здоровье, силы и мудрость принимать верные решения.

СиБ:

Что бы ты хотел изменить в своем прошлом и почему?

Р.К.:

Мой жизненный принцип — никогда не жалеть о прошлом. Все, что было, имело причину и смысл. В жизни много разных путей, одного правильного нет и быть не может. Главное, вовремя осознать, что дорога неверная или решение принято необоснованное, остановиться, все еще раз проанализировать и выбрать новое направление. Так что все корректировки я вносил по ходу движения, и жалеть мне не о чем.

СиБ:

Тебе часто приходится говорить неправду?

Р.К.:

Нет, нечасто. Не люблю врать, от чего и страдаю (смеется). Иногда, бывает, приходится, когда не хочется кого-то обидеть или надо соблюдать политкорректность. Но я редко оказываюсь в таких ситуациях.

СиБ:

Считаешь ли ты себя примером для подражания?

Р.К.:

Не считаю, но приходится быть этим примером. Любое воспитание, хоть детей, хоть сотрудников, начинается с личного примера. Я никогда ни от кого не требую того, что сам не могу или не готов выполнить.

СиБ:

У тебя есть недостатки, и стараешься ли ты как-то от них избавляться?

Р.К.:

Есть, конечно, их много, но про все рассказать не могу (смеется). Иногда я слишком прямолинейный, иногда слишком упрямый, иногда я слишком вспыльчивый, а иногда слишком мягкий, могу быть педантичный или, например, показаться слабохарактерным. Можно продолжать до бесконечности! Избавиться навсегда от недостатков трудно, но работаю над собой. С годами появляется мудрость, она помогает бороться. С другой стороны, я такой, какой есть, со всеми моими достоинствами и недостатками.

СиБ:

На что тебе не хватает смелости?

Р.К.:

Пока на все хватало.

СиБ:

Как ты воспринимаешь критику в свой адрес?

Р.К.:

Уверен, что адекватно, всегда анализирую то, что мне говорят. Всегда готов воспринимать только конструктивную и обоснованную критику и иногда даже рад быть переубежденным. Так обычно рождаются самые лучшие решения.

СиБ:

Назови книгу, фильм и песню, с которыми должен быть знаком каждый.

Р.К.:

«Цель», «Крестный отец» и “I Feel Good”, можно и в моем исполнении (смеется).

СиБ:

Какие три вещи ты бы взял с собой на необитаемый остров?

Р.К.:

Многофункциональный военный нож, топор, «железо для огня» — я не знаю, как это называется по-русски (смеется).

СиБ:

Ты ставишь перед собой ежегодные, еженедельные цели?

Р.К.:

Целей может быть и не много, важно, правильно ставить задачи исходя из целей. Задуманное, обычно, осуществляю.

СиБ:

Как ты себя мотивируешь?

Р.К.:

У меня изначально очень высокий уровень мотивации — мне важно достичь результата и делать хорошо все, что я делаю. Это мой постоянный внутренний настрой!

СиБ:

У тебя бывает свободное время? Как ты его проводишь?

Р.К.:

Роль владельца предприятия сегодня подразумевает круглосуточный рабочий режим, буквально 24/7/365. Иногда, конечно, случается, что нет никаких срочных задач и я могу делать, что хочу, а не что должен. Тогда я общаюсь с близкими, друзьями, хожу в кино, наслаждаюсь музыкой, концертами, иду в караоке. А могу и просто ничего не делать, отсыпаться.

СиБ:

За сколько дней можно совершить кругосветное путешествие?

Р.К.:

У Гагарина получилось за 108 минут, но я бы потратил значительно больше времени. Так как мне нравится все делать основательно, я бы прошел все страны от и до, даже представить не могу, сколько это могло бы длиться. Боюсь, на это может уйти вся жизнь.

СиБ:

Кто тебе дал самый лучший, самый ценный совет?

Р.К.:

Сама жизнь ежедневно дает наилучшие советы.

СиБ:

Что для тебя главное в жизни?

Р.К.:

Свобода действия и мысли.

СиБ:

О чем ты думаешь перед сном?

Р.К.:

Утром я этого никогда не помню.

СиБ:

Опиши, что ты будешь делать через 20 лет.

Р.К.:

Жить! (смеется)

СиБ:

Рийво, спасибо за приятную и веселую беседу. В очередной раз ты открылся для меня с новой стороны.